МеталМания - 2006 Опції

[Покинувший форум]

есть у кого инфа по датам и участниками?

[Fro]

Отчет номер 1:
Metalmania XX, Spodek, Katowice, Poland.
В 22-45 мы собрались под сенью здания Белорусской-кольцевой. Ждать пришлось, как всегда, Сарка (Сергей «Саркванаар» Федоров, звукорежиссер) и Вадика (Вадим Орлов, соло-гитара). Вова, тоже как всегда, нервничал и грозился собирать нас не за час до поезда, как сейчас, а за полтора. Я протестовал. Словом, время пролетело незаметно, и не успели мы разместиться в вагоне с загадочным номером 354, как поезд тронулся.
Спальный вагон в зарубежном варианте существенно отличается от отечественного купе. Коридоры Уже, полки в купе три, и из стенки их может вынуть только проводник, зато спальное место шире, кондиционер работает не только на охлаждение, но и на нагрев, умывальник есть в каждом купе (!) и биотуалеты не запирают за полтора часа до Москвы, то есть не возникает необходимости ходить в тамбур или терпеть до зубной боли или до дома методически повторяющиеся приступы нужды. Еще небольшой минус – багажное место размером с два чемодана, из-за чего багаж частью мешал под ногами, частью делил с нами ложе, но что поделаешь, не рассчитаны эти вагоны на музыкантов и челноков…
Утро для нас наступило в районе 12 дня, когда поезд поднимал снежную пыль где-то в полях Белоруссии. Вова повествовал накануне, что белорусы обнаружили у себя еще одно тайное восстание, причем у заговорщиков изъяли сумму аж в две тысячи долларов (!!!). В Интернете сей бунт называли картофельной революцией. Да, на две тысячи долларов можно вооружить картошкой, наверно, с тысячу тайных ополченцев… Эх, страна Белоруссия!
В Бресте наш поезд застрял аж на два с лишним часа – вагонам меняли колеса, а нам штамповали паспорта и проверяли декларации. Мы честно везде писали «нет», кроме количества ручной клади и гражданства с именем. Сарк смеялся над графой, а не проезжают ли с вами дети … в количестве … (3-х штук). Еще я вспомнил, как год назад честно заполнял все валютные графы имеющимися в наличии а) 10 евро, б) 20 долларов США, в) 100 российских рублей, г) 6 лей 30 бани (примерно 1,5 доллара), д) 6 приднестровских рублей (чуть больше), е) 300 белорусских рублей (4 рубля российские) и ё) 4 украинские гривны. В общей сложности, долларов 50, зато как приятно!
Пока суть да дело, проводница раздала нам по литру водки и блоку сигарет на лицо. Мы торжественно переехали границу и в Тересполе воодушевленно соврали не менее торжественной и строгой польской таможеннице, что это наше. Последовала ремарка: - Долго так будете говорить? Должно быть, забавно находить в каждом купе совершенно одинаковые бутылки и блоки вкупе со врущими в лицо бывшими советскими… Впрочем, таможня по дороге туда была начисто лишена чувства юмора и всех прочих чувств тоже, кроме строгости. Сочная печать в паспорте никак не хотела высохнуть, растекаясь красными чернилами куда ни попадя. Время отошло назад на два часа, картофельные поля уступили место фирмЕ (по выражению Севы), и я снова заснул. Часа через три за окном торжествовала непролазная темень с редкими фонарями. Вадик, внимательно посмотрев в окно, поиронизировал: - Польша…
В 22-20 по местному времени мы прибыли в КатовИце. Так говорят аборигены. Пройдя через заплеванный переход, напоминавший метро Выхино, мы, предводимые тур-менеджером Натальей RagDoll, очутились в здании вокзала, где нас подавила массивная архитектура в духе соцреализма. Работали ларьки, а также обменник, где Кантор (так сказать, меняла) доставал деньги из пухлого кошелька. Суммы, там находящиеся, достигали, как показалось, суммы в две тысячи долларов, так необходимой белорусским повстанцам для набивания картошкой президентского дворца, так что сей человек при желании тоже мог быть уличен в подготовке теракта, и прочего чего-нибудь.
На улице царствовала метель. Мокрый снег хлопьями ложился на землю, притихшие дома, прохожих, нас и чемоданы… Пройдя короткой улочкой, мы попали на широкий проспект с трамваями, большими домами и прочей суетой. Впрочем, на улице не было никого. Редкий трамвай, догнавший нашу скромную колонну, был почти пуст. Тем временем мы достигли нашей гостиницы Катовице, где и разместились. Пешеходный путь от вокзала занял 15 минут, а дворец спорта Сподек, где нам предстояло выступить наутро, блистал огнями через дорогу, напоминая гигантскую летающую тарелку. Если адаптировать эти расстояния к московским меркам, это примерно как если бы мы приехали по железной дороге на Манежную площадь, жили в библиотеке Ленина, а играть ходили в Кремлевский дворец съездов!
Наутро, проснувшись в 8, мы успели позавтракать и спуститься в холл к 9, где нас уже поджидала RagDoll. Сарк, как обычно, завозился, что стоило нам 15 минут паники. Затем мы пересекли два подземных пешеходных перехода и обогнули Сподек с тыльной стороны, где был служебный вход. Гримерка нам досталась с Vesania, Hunter и Acid Drinkers – все поляки! По соседству были все шведы – Soilwork, Unleashed, Evergrey и поляки 1349, устроившие на радостях после концерта дебош – они покидали на пол все бананы и апельсины, вылили всю воду и со смехом и воплями ездили по этой каше на животах!!! Вова, вошедший было пообщаться с Soilwork и Evergrey, был встречен бананом, кинутым в лицо, но не слишком метко, и радостными воплями неведомо кого, ибо он так и не успел понять, кто кричит. Потом пришли охранники и по одному начали выводить звезд на мороз. Но это было потом…
На всех четырех углах комнаты висели листочки с названиями групп, временем выхода на сцену, обеда и ужина. В туалете накрасились Vesania, они открывали день на большой сцене, и я решил подойти после их сэта, чтоб пообщаться о предстоящем туре с Мортем. Сарк посмотрел их выступление, вернулся и сказал: - Очень мощно играют! Мы выпили воды, надели концертные костюмы и пошли с вещами к сцене, где заканчивал подготовку к выходу Caliban.
Подготовка оказалась скомканной. Техник очень огорчился известию, что у нас нет своих барабанов, и дальше мы с ним и Андреем Савиным (Nameless Being, Ильичевск, Украина) в режиме ошпаренной кошки выудили барабаны (с висящими пластиками!!!) со стойками из кофров, спешно собрали, подстроили и развесили железо, потом подиум вместе со мной выволокли на сцену, ибо Caliban закончил, и настали наши 15 минут на чек. Тарелки висели так далеко, что мне приходилось наклоняться, чтобы их достичь, все стойки были прямыми, и все тома норовили столкнуться друг с другом, ибо были на стойках, а вешать противовесы в лице clap’ов с тарелками не было времени. Примерно то же самое было со звуком на сцене и комбами. Стояли Rectifier’ы с МезаБуги, но картину это не спасало, ибо площадка оказалась слишком большой, чтобы быть сытым звуком с одних комбов. Ни барабанов, ни переднюю линию построить не успели, свет погасили, Ярек Кошмарек объявил, и – полный вперед!!!
Мы успели обняться и пожелать друг другу спокойного концерта. Примерно так он и прошел, по крайней мере, для меня – игралось спокойно, без особых всплесков и падений, сознание, что снимается ДВД + пять перемещавшихся в пространстве камер, не слишком давило… Сева пугал камеру, которая ездила перед ним (говорил потом, рыкнул – она и уехала!), у Вовы оператор висел на ноге, снимая его снизу вверх, но всех превзошел оператор Вадика, выдернувший у него шнур на соло Human Abstract! Невзирая на все эти мелкие и не очень траблы, фэны встречали нас очень доброжелательно, их количество перед сценой к концу сэта сильно возросло, и наш традиционный поклон грозил потонуть в скандировании Bosch! Bosch! Наталья RagDoll буквально светилась от бизнес-счастья, сказала, мы всех порвали, вот бы так и на Туске, Soilwork может не выходить, и т.д. Мы-то, конечно, так не считали, но позволили себе подумать, что группа без дистрибуции в Европе едва ли может рассчитывать на что-то бОльшее, чем мы добились сейчас. Таким образом, программа-минимум могла считаться зачтенной, мы (уже не спеша), собрали свои хозяйства среди оживленно священнодействующих техников Soilwork, и, успев выразить им свой респект, отправились понаблюдать за ними вживую. Выйдя с пивом в зал, что не возбранялось (нельзя только на трибуну), мы встали под краном. Сцена с вышедшими на нее красавцами абсолютно разноперой внешности поражала красивым светом и звуком. Барабанщик оказался из французской группы Scarve, игравшей на Туске – техничный бородатый полу-митек, играющий расслабленно и с улыбкой. Басист – Митек уже полноформатный - отличался огромным ростом и бегал по всей сцене, успевая допевать бэки в микрофон. Гитаристы – лысый Ола и светлый хаер, сменивший отца-основателя Peter Wichers – стояли по краям сцены, сосредоточившись на своих партиях, Стрид экономил движения и слова в духе позднего Ансельмо. Сева метко заметил, что их, видимо, стриг один парикмахер. Клавишник тоже рубился вовсю, народ еще подошел, многие ликовали, в том числе и мы. Вслед за первой песней (по-моему, вторая с Predator’s Portrait) последовали эпохальные Figure Number Five, Rejection Role, первая песня с 99-го, еще была минимум одна вещь с Stabbing… Затем, к величайшему сожалению, настало время автограф-сессии, на которой мы обязаны были быть в 13-00, как штык. Здесь надо заметить, что сэты всех групп на большой сцене, кроме четырех последних (Nevermore, Moonspell, Anathema и Therion), по регламенту длились полчаса, а переустановка – 15 минут. Ярек Кошмарек строго следил за регламентом, и группы, в принципе, не выходили из этих весьма строгих рамок – Vesania, Caliban, Soilwork, Hunter, 1349, Unleashed, Acid Drinkers, Evergrey, UDO, уже не говоря о нас, свято соблюдали трудовую дисциплину и уважали выступавших после них. По-моему, это один из критериев настоящего профессионализма!..
Итак, в 13-00 мы сидели в холодном холле, вяло перешучиваясь. По регламенту, мы должны были провести здесь 40 минут, что мы и готовились сделать в одиночестве. Российская система приоритетов допускала брать автографы только у Iron Maiden, вяло подпинывая ногой всех, кто пожиже, болеть только за Ювентус в период его европейского господства, при малейшей неудаче переключаясь на нового лидера. Другими словами, царь – один, все остальные – холопы. Есть только первое место, все остальное – провал.
На наше счастье, польские фэны обладали европейской системой ценностей, и по окончании сэта Soilwork нашли время подойти к нам. В первую очередь, правда, подтянулись русскоговорящие. Выстроилась даже небольшая очередь. Мы расписывались на желтых афишах и промо-дисках, которыми фэнов обеспечивали при входе. На афишах свободное место было рядом с Therion, я начал расписываться там, остальные шутили – мол, не знали, что ты и там играешь.
Один из фэнов нашел взглядом Вадика: - Только ты распишись!
Другой поляк набрал номер своего друга, отмечающего день рождения и просил нас его поздравить. Язык поздравления у каждого из нас был свой. Не знаю, все ли понял его друг, но он был доволен в любом случае! Словом, мы веселились, давая автографы, где-то с полчаса, потом Наталья сочла эту миссию выполненной и забрала Вову с Севой давать интервью, а мы с Вадиком и Сарком направили стопы к гримерке с пивом и соками. На столе стояла также заказанная Вовой водка. Acid Drinkers и Hunter неоднократно подходили к разливу, особенно после своего сэта, и в итоге изрядно накирялись. Впрочем, нам тоже хватало, так что никто и не думал огорчаться!
Ближе к трем дня мы с Вадиком отволокли вещи в гостиницу и пошли пройтись. К нашему изумлению, все магазины, кроме продуктовых киосков Ruch, были уже закрыты! Все наши ожидания разбились о надпись на двери Sobota 10 – 14… Ни сувениров, ни музыкальных инструментов, ни спортивной одежды, ни даже флажка Польши мы не купили. Мокрый снег лениво лежал на улицах, граждане в крайне малом количестве бродили по нему, и так сразу и не скажешь, что здесь живут люди, и что они в выходной день способны куда-либо торопиться!
Мы совершили небольшой кружок вокруг вокзала, понаблюдали за жизнью автовокзала под небольшой эстакадой. Очередь на пригородные автобусы достигала 15-20 человек! Впрочем, это тоже можно списать на выходной – sobota…
Пройдя под ж/д путями, мы вышли на другую сторону города. Здесь и вовсе было пустынно. Дома с каменной усмешкой наблюдали за нами. Заснеженный мини-парк с закрытым (естественно!) рынком, дома, сначала четырех-, потом двухэтажные, заснеженный холмик с трамвайной остановкой, стадион, асфальтовая беговая дорожка шириной в метр, очищенная от снега, коттеджный поселок, плавно врастающий в улицу Косцюшко – словом, все дышало умиротворением и покоем. К величественным зданиям Академии и Университета вела нетронутая ногами лестница. На скамеечках, обрамлявших пешеходный перешеек между улицами, тоже никого не было. Угольщик с лопатой, да девушка с торбой – вот все, кого мы встретили здесь.
Перебравшись под мостом с обильными граффити обратно на нашу сторону, мы вернулись в гостиницу. Была мысль поспать, но ее отогнал телевизор, сначала показавший по TVP в выпуске новостей трехминутный сюжет про Металманию (на сцене в это время был Evergrey, и в телевизоре тоже), затем показали автограф-сессию Acid Drinkers, и – «российская формация Hieronymus Bosch» (общий план с вадиковой стороны) и «демоничный вокалист Всеволод Горбенко» (вид на Севу с проезжающей перед ним камеры)!!! Мы были в полном восторге! Затем, переключая каналы, добрались до подробнейшего обзора тура бундеслиги, и я упросил Вадика повременить с возвращением под своды Сподека.
Впрочем, к 7 вечера мы туда все-таки попали – сначала по ошибке войдя в бар, никак с залом не связанный, но до предела заполненный металхэдами, и понаблюдав за хоккеем на малой арене. Счет к середине второго периода оставался равным нулю, команды азартно толкались в углах площадки, шайба летала, тренеры руководили… Зрителей, кроме нас, было человек 10, но это никому не мешало – ни счету на табло, ни хоккеистам, ни нам. Постояли и пошли дальше…
В один из наших проходов по коридору из гримерки Moonspell вышел Фернандо Рибейро, Наталья тут же взяла его в оборот, похвасталась своими российскими подопечными, Фернандо сказал, о, да, конечно, слышал о вас, прекрасная группа. Нам в восторге показалось, что сказано сие вполне искренне, и, возможно, так оно и есть. Потом в столовой мы сталкивались лицом к лицу с музыкантами Anathema, Evergrey, UDO – практически все, кто выступал на большой сцене, не сидели затворниками и безо всякого пафоса перемещались в пространстве backstage!!! Все выглядели доступно, разговаривали открыто, нормальным человеческим языком, а не словами пиара и плаката. То же самое было на Туске – настолько, что закралась мысль, насколько само слово «пафос» по-русски звучит!
В зал мы пришли к началу выступления Nevermore. Сели на трибуне за пультом, чтоб звук был наиболее сбалансированным, и приготовились внимать. Задник с белокурой девочкой также готовил к чему-то необычному. Свет в зале погас, появились сильно хаератые джентльмены и начали играть. Звук барабанов, казалось, пришел из начала 90-х, в частности, с любимого мной альбома Testament “Ritual”, вокал живо напомнил Fates Warning тех же времен, а музыка напоминала интересный сплав обеих групп, то есть прогрессивный тяжеляк с замаскированными от первого прослушивания мелодиями, порой удачными, порой не очень, но всегда со своей атмосферой и органикой. Очень интересно! Правда, к концу их сэта у меня с непривычки наступил легкий перегруз, но это нисколько не умаляет огромного объема работы, выполненного группой. Такие песни за день не пишутся и по кассете не учатся!!! К тому же, группа опытная, и то, что успех приходит лишь сейчас, во многом закономерно – ее музыку сразу не раскусишь, зато, если получится, она берет в плен всерьез и надолго…
Затем в районе часа техники отстраивались аппарат под Moonspell. В это время я общался с Acid Drinkers, очень желающими отыграть в Москве и буквально всучившими мне свое мыло. Пообщались тепло, потом я сходил на экскурсию в зал, услышал Opium и Awake, чем был вполне доволен. Я не слишком силен в более поздней дискографии португальцев; скажу только, что на сцене они смотрелись внушительно, как и всегда, Фернандо колдовал, клавишник виртуозно руководил атмосферой в музыке, мускулистый Майк с завязанными в пучок на затылке волосами обрушивал могучие удары на барабаны и тарелки – словом, было ощущение отлаженной машины, одновременно механичной и одухотворенной, что, впрочем, можно сказать практически обо всех звездах, европейских и не очень. К признанию ведет такой объем работы, что трудно не научиться играть – тем более, если это становится твоей профессией! Группы проходят строжайший всесторонний отбор, они хотят и пытаются изо всех сил стать лучше, они знают, что есть ради чего это делать, как и то, что если они вдруг перестанут играть и начнут упиваться собой и зрительским поклонением, им останется год-два славы и все… Работать, работать и еще раз работать – кредо любой европейской группы. Работать, пока не станешь звездой – кредо многих российских групп. Звезду же можно поймать, и отыграв в Релаксе пару раз… Впрочем, мне надо разобраться с собой – что-то часто стал думать «за звездность»…
Затем настал час отстройки Anathema. Надо сказать, мы с удовольствием ощущали себя в положении видевших сразу несколько «Лениных» - Soilwork, Nevermore, Evergrey, Anathema… Классическому квартету хватило для полной расстановки и отстройки 10 минут, они сыграли короткий менуэт, и еще добрый час ждали, пока остальным богам сделают все возможное, чтоб не заблудиться в звуке. Когда последняя капля терпения уже было отправилась в полет к земле, все появились на сцене под звуки струнного интро, и зазвучала музыка – музыка, ориентированная не на счет и структуру, а на полет вдохновения. Anathema – музыка моей, не побоюсь этого слова, юности, и если бы кто-то году в 94-м сказал, что я вытерплю на их концерте всего три песни и пойду спать, я бы смеялся и плакал одновременно… Сейчас так и получилось. Три песни заняли как минимум получасовое пространство, играли хорошо, с настроением. Таинство концерта состоялось, в зале сопереживало процессу тысяч 6-7, благо малая сцена перестала отвлекать внимание фэнов, словом, все шло хорошо, только уж больно спать хотелось… На дворе стоял первый час ночи по-польски, то есть больше двух по-нашему, к тому же второй день, по всем канонам пик акклиматизации, так что мы с Вадиком покинули гостеприимные своды Сподека в направлении гостиницы. Спать нам оставалось два с половиной часа…

Об остальном на концерте сужу по рассказу Андрюхи Савина, который в ту ночь глаз не сомкнул. Под конец сэта скромный гитарист Anathema (он был в белой майке и бежевом аккуратном поджачке с джинсами) скинул свой Ректифайер вместе с монитором в импровизированную оркестровую яму и быстро-быстро убежал. Классические музыканты, как казалось, чуть не заплакали – опять, получается, играли без зарплаты…
Тherion играл с пол-второго до трех утра. Андрей заметил пару лаж у главной вокалистки, но в остальном едва ли Therion его разочаровал – играют нормально, музыка простая, не ясно даже, где лажать…

В пол-четвертого мы домкратами подняли себя с кроватей, наскоро умылись, собрались и спустились вниз. Что интересно, на сей раз все пришли ровно в 4, дисциплинированней, чем после завтрака! Андрей Савин пошел с нами.
На вокзале кипела жизнь. Многие с концерта пришли сюда дожидаться поездов, работали закусочные, сувенирные ларьки, и даже обменник, где мы обменяли непотраченные злотые на рубли, доллары, или евро – в зависимости от наличия у кантора…
На табло ничего нельзя было понять. Никаких поездов с надписью Moskowa не значилось и в помине. Вова откуда-то взял, что наш поезд приезжает на второй путь, мы вынесли из последних сил багаж на перрон и сделали привал. Все пять путей вокзала были как на ладони. Вскоре на наш путь пришла электричка. До отправления ее прошло минут 20, мы сопровождали взглядом каждый поезд, приближающийся к станции, паниковавший Вова гонял Сарка по платформам взад-вперед – а время шло… По расписанию наш поезд должен был уехать в 5-05. За всеми пертурбациями уже 5-15 – и тут появляется Андрюха, кричит, давайте бегом, мы бежим на крайний путь, который нам закрывал поезд Прага – Варшава, и обнаруживаем там наш поезд, уже собирающийся тронуться. Быстро запихиваемся в первый попавшийся вагон, Вова предъявляет проводнику билеты, и тот говорит – это третий вагон отсюда в ту сторону, и махает на нас рукой. Мы премся с чемоданами в неизвестность, проходы очень узкие, проводники кричат «можно потише, здесь люди спят», силы на исходе… Преодолев три вагона, натыкаемся на очередного проводника, спрашиваем, где наш вагон с дурацким номером 345 и 2/3, он говорит, это два вагона назад было! Попрепиравшись для вида, он размещает нас в купе, мы экстренно размещаемся, закидываем вещи, он вынимает наши кровати из стены – и спим, спим, спим…

Польская таможня порадовала, хотя сначала радовать не хотела – польский пограничник долго мял в руках паспорта Вовы с Машей, потом у него кончилась краска в штампе, и т.д. Наш же пограничник спросил:
– Откуда едете?
- Из Катовиц.
- Что там делали?
- Играли.
- Во что играли?
- В музыку.
- Где?
- На Металмании.
- Ооо – на Металмании! Кто там был?
- Therion, Anathema, Moonspell, UDO…
- Therion! В этом году я их больше не увижу… Я был там два года назад…
- Ну, вам-то проще Therion увидеть, чем нам (это я польстил)!
- Работа… Работы много…
Доброта душевная не помешала ему долго мурыжить мой паспорт, но все закончилось хорошо. В следующем купе обитали Сева, Сарк и Оля, так что приключения обещали быть. Сева поведал о них позже:
- Пограничник говорит, давайте паспорта, кто из вас Сергей Федоров? Сарк говорит, я, тот поднимает глаза вверх и ласково, по-севиному даже мечтательно, произносит – Сережка…

В итоге граница пройдена, нам без проблем меняют колеса в Бресте, мы получаем штамп в паспорт «БРЭСТ» и едем дальше – домой! Часов около 11 проезжаем Минск, как всегда, чистый и красиво освещенный, а еще через 7 с половиной часов финишируем на Белорусском вокзале. Я ловлю себя на мысли, что если бы увидел столько народу в Польше в одном месте, подумал бы, что что-то случилось… Это наша Москва! Только побывав в других городах, понюхав их воздух, посмотрев на жителей и уклад их, начинаешь понимать, скорее, на уровне чувств, чем разума, как огромна столица России, как огромна сама Россия… Если Польшу с севера на юг можно проехать за 8 часов, а Финляндию – за 6, то, доехав за трое суток до Красноярска, мы не одолели даже половины России! Уже не говоря о сибирских представлениях о километраже: 200, 300 км – это тут, рядом, на маршрутке можно доехать… И, что удивительно, - МОЖНО!

Андрей Ищенко, барабаны (Hieronymus Bosch, Mortem, Scrambled Defuncts, Рогатые Трупоеды, Hatecraft, Hostile Breed)